Лакшми тантра. Глава 2. Шлоки 42-44

[42] Даже не взирая на [видимые телесные] очертания (ākṛtīr anapekṣyāpi), мыслители, постигающие начала бытия (tattvacintakāḥ), провозглашают сию четверичную природу (cāturātmyam idam), обусловленную умопостигаемым созерцанием качеств (guṇānāṁ kalpanākṛtam), [свойством] моего пребывания в покое (śāntāyāḥ).

[43] Из моего [запредельного] образа, пребывающего в покое и глубочайшем покое (śāntātiśāntād rūpāt), происходит раскрытие (unmeṣaḥ) в трех парах [качеств] (yugatraye); то мое первичное четверичное проявление (tadādyaṁ me cāturātmyam), чей порядок [качеств] обнаруживается постепенно (kramavyaktam), лишено телесного образа (amūrtimat).

[44] Не знающее волнения (ataraṅgam), неизреченное (anirdeśyam), лишенное предметного бытия (niḥsattam), непреходящее чистое бытие (sattvam avyayam), раскрытие (unmeṣaḥ), именуемое чистым бытием и сознанием (saccinmātrākhyaḥ), — это первое отклонение от моего [абсолютного] покоя (sādyā me śāntatācyutiḥ).

Даже не обращаясь к зримым очертаниям, познающие истину провозглашают четверичный строй моего предвечного покоя, постигаемый через внутреннее созерцание божественных качеств.

Из запредельного образа, пребывающего в ненарушимой тишине, разворачиваются три священные четы совершенств. Сие первозданное четверичное проявление лишено плотского облика, и порядок его качеств раскрывается постепенно.

Свободное от волнения, неизреченное и чуждое предметных границ, вечно чистое естество, являющее себя как нераздельное бытие и сознание, знаменует первое пробуждение, выводящее мою силу из ненарушимого покоя.

Четверичный строй предвечного покоя

Сорок второй стих разрешает важное сомнение о природе четверичного проявления Господа (cāturātmya). Обыденный разум склонен полагать, что образы четырех вьюх — Васудевы, Самкаршаны, Прадьюмны и Анируддхи — возникают лишь тогда, когда Божество облекается в зримые формы, наделенные коронами, лотосными очами и священным оружием для поклонения в храмах. Однако мысль традиции решительно утверждает: четверичность предшествует любому иконографическому воплощению. Мудрецы, постигающие сокровенные начала бытия (tattvacintakāḥ), усматривают четверичный строй уже в самом состоянии абсолютного покоя (śāntāyāḥ), отстраняя внимание от внешних очертаний (ākṛtīr anapekṣya).

Основанием этого видения служит внутреннее созерцание самих качеств (guṇānāṁ kalpanā). Божественные совершенства не могут парить в пустоте без незыблемой основы; пребывая в запредельной тишине, они уже распределены в гармоничном равновесии верховного самосознания. Предвечный Васудева выступает единым нераздельным средоточием всех шести качеств, тогда как три последующие эманации содержат в себе сокрытый потенциал трех пар — знания и могущества, владычества и доблести, силы и блеска. Таким образом, четверичный строй есть не внешнее украшение, явленное ради сотворенного мира, но изначальный внутренний ритм самого божественного сознания.

Бестелесная природа первозданных эманаций

Сорок третий стих описывает тончайший исток проявления, именуя его образом покоя и глубочайшего покоя (śāntātiśānta). Удвоение этого понятия указывает на трансцендентную запредельность Пара-Васудевы и Лакшми, в чьих глубинах созидательная активность еще совершенно не обнаруживает себя вовне. Когда же наступает предуставленный миг, в этом ненарушимом святилище происходит первое пробуждение (unmeṣa), затрагивающее три священные четы качеств (yugatraye).

Это первичное проявление названо бестелесным (amūrtimat). На данной ступени качества еще не сгустились в видимые духовные лики, осязаемые зрением освобожденных душ. Божественные силы пребывают как тонкие динамические токи, чей порядок раскрывается последовательно и строго постепенно (kramavyakta). Внутренний закон этого постепенного раскрытия предохраняет мысль от представления о творении как о внезапном сотрясении абсолютной основы. Подобно тому как рассветный свет медленно выводит очертания спящего мира из ночной тьмы, божественные качества выходят из непроявленного покоя в стройной череде эманаций, сохраняя совершенную преемственность первоисточника.

Тайна первого пробуждения созидательной силы

Сорок четвертый стих подводит созерцание к метафизической грани между абсолютным покоем и началом становления. Это состояние очерчено четырьмя отрицательными и положительными определениями. Оно свободно от волнения (ataraṅga), ибо в нем нет порывов страсти или внешних ветров; неизреченно (anirdeśya), поскольку превосходит любые понятийные рамки рассудка; и лишено предметного бытия (niḥsatta). Отрицание предметности означает, что это первичное состояние не принадлежит к числу преходящих вещей сотворенного мира (prākṛta-sattā), подлежащих счету и измерению. Одновременно оно провозглашается непреходящим чистым бытием (sattvam avyayam) — самосущей духовной субстанцией чистого света (śuddha-sattva), не ведающей тлена и распада.

Кульминация шлоки именует сие первое раскрытие сознанием и бытием (saccinmātra), определяя его как первое отклонение от покоя (śāntatācyuti). В традиции учителей это именование требует осторожного и благоговейного понимания. Слово «отклонение» не означает падения, утраты совершенства или материального видоизменения, разрушающего первопричину. Бог и Лакшми не теряют своего запредельного величия, когда обращаются к творению. Это «отклонение» знаменует лишь тончайший зачин созидательной воли — легчайшее движение чистого самосознания, когда Абсолют, оставаясь неколебимым в вечности, свободно изводит из своего лона первую искру бытия ради спасения блуждающих во тьме душ.

• Амуртимат-чатуратмья (amūrtimaccāturātmya): бестелесный четверичный строй; первоначальное состояние четверичного строя вьюх в предвечном покое Лакшми, постигаемое через умозрительное созерцание пар божественных качеств еще до их проявления в зримых духовных образах.

• Шантата-чьюти (śāntatācyuti): первое отклонение от покоя; сокровенный метафизический миг перехода божественной силы от абсолютной непроявленности к созидательной активности, не нарушающий непреходящей чистоты основы.

• Саттвам-авьяям (sattvam avyayam): непреходящее чистое бытие; трансцендентная природа Высшего Начала, свободная от преходящего предметного бытия материального мира и раскрывающаяся как чистое сознание.