Лакшми тантра. Глава 2. Шлоки 33-36

[33] Доблесть (vīrya) провозглашена отвагой (vikrama), и она воистину признана гранью верховного владычества (aiśvaryāṁśa); та же моя независимость от содействующих начал (sahakāryanapekṣā) при свершении всякого дела (sarvakāryavidhau),

[34] ее знатоки истины (tattvavedin) называют этим шестым качеством — блеском (tejas); некоторые же провозглашают блеском (tejas) способность превосходить иных (parābhibhavasāmarthya).

[35] Иные знатоки начал бытия (tattvakovidāḥ) относят этот блеск (tejas) к верховному владычеству (aiśvarya); так эти пять качеств (pañca guṇāḥ) воистину [суть] незапятнанные истечения (srutayaḥ amalāḥ) знания (jñāna).

Доблесть провозглашена победоносной отвагой, пребывающей гранью верховного владычества. Та же свобода, с каковой я вершу вселенские деяния без всякой нужды в помощниках и внешних орудиях, наречена познавшими истину шестым качеством — царственным блеском. Иные же видят в сем блеске непреодолимую мощь, превосходящую любое другое начало.

Некоторые мудрецы соединяют этот блеск с самим верховным владычеством. Так сии пять божественных совершенств раскрываются как чистые потоки, нераздельно исходящие из единого истока знания.

Доблесть как грань верховной власти

Раскрывая природу доблести (vīrya), Лакшми связывает ее со свойством победоносной отваги (vikrama). В предшествующих стихах доблесть определялась через отсутствие видоизменения (vikāraviraha) — как способность первопричины порождать мироздание, не подвергаясь материальной порче подобно молоку, сгущающемуся в творог. Здесь же открывается действенная сторона этого качества. Неизменность Первоначала — не безжизненная пассивность, но высшее духовное мужество. Божество не уклоняется от проявления миров и не замыкается в отрешенном покое: оно разворачивает неисчерпаемое многообразие форм, сохраняя совершенное господство над ними и оставаясь вечно равным самому себе.

Именно поэтому доблесть признается неотъемлемой гранью верховного владычества (aiśvaryāṁśa). Истинное владычество (aiśvarya) не может быть хрупким или уязвимым. Если бы творение истощало силы Бога или искажало его природу, власть над миром оказалась бы мнимой. Победоносная отвага свидетельствует: вселенная содержится в созидательном лоне Лакшми не как враждебная стихия, подавляющая дух, но как свободное поле его суверенного самораскрытия. Владычество утверждает власть воли, а доблесть оберегает эту власть от малейшей тени упадка.

Самодостаточность и победоносная сила блеска

Шестое качество — блеск (tejas) — раскрывается через совершенную независимость от содействующих начал (sahakāryanapekṣā). В земном опыте и обрядовой практике любой созидатель нуждается во внешних орудиях, подручном материале, благоприятных обстоятельствах и поддержке помощников: гончар не вылепит кувшин без круга и глины, а смертный правитель бессилен без войска и советников. Однако когда Лакшми совершает космические деяния (sarvakāryavidhau), в ее распоряжении нет ничего внешнего по отношению к божественному бытию. Блеск знаменует абсолютную полноту первопричины, созидающей, хранящей и растворяющей мироздание силою одного лишь собственного присутствия, без малейшей опоры на чуждые средства.

Наряду с самодостаточностью наставление приводит второе традиционное понимание блеска — способность одолевать и превосходить любое иное начало (parābhibhavasāmarthya). Подобно тому как полуденное солнце затмевает свет звезд и факелов, не встречая сопротивления с их стороны, божественный блеск озаряет все уровни творения, сам оставаясь недосягаемым для помрачения. Иные знатоки начал бытия относят это свойство к верховному владычеству (aiśvarye yojayanti), поскольку суверенная власть по самой своей природе предполагает и независимость от внешних опор, и способность беспрепятственно подчинять себе всякое сущее. Различие толкований не колеблет согласия традиции: обе грани очерчивают царственное величие Первоначала, не знающего над собою господина.

Истечение божественных качеств из чистого знания

Завершая рассмотрение отдельных совершенств, наставление подводит созерцание к их истоку. Пять божественных качеств — владычество, сила, могущество, доблесть и блеск — провозглашаются чистыми истечениями знания (jñānasya srutayo 'malāḥ). Это положение исключает представление о Божестве как о механическом собрании разрозненных сил. В богословии панчаратры знание (jñāna) служит определяющим признаком самой сущности Брахмана, тогда как остальные пять качеств пребывают его вечными свойствами и модусами действия.

Знание уподобляется неиссякаемому светоносному океану, а остальные совершенства — его священным потокам (sruti). Владычество есть верховная воля этого знания; сила — его способность становиться лоном вселенной; могущество — легкость его поддержания без утомления; доблесть — его нерушимая неизменность посреди перемен; блеск — его лучезарная независимость и всепобеждающая мощь. Все эти грани названы незапятнанными (amalāḥ): они свободны от примеси природных омрачений и эгоистической корысти. Сознавая, что каждое проявление божественной мощи есть дыхание чистого всеведения, искатель перестает искать спасения во внешних преходящих опорах и обретает незыблемый мир в прибежище Лакшми и Нараяны.

• Викрама (vikrama): победоносная отвага и духовное мужество; грань божественной власти (aiśvarya), проявляющаяся в способности разворачивать мироздание без малейшей утраты неизменной чистоты собственного духа.

• Сахакари-анапекша (sahakāryanapekṣā): независимость от содействующих начал и внешних орудий; сущностная черта шестого качества — блеска (tejas), выражающая абсолютную самодостаточность Лакшми и Нараяны при свершении любых космических деяний.

• Парабхибхава-самартхья (parābhibhavasāmarthya): способность превосходить и подчинять иное; грань божественного блеска (tejas), благодаря которой верховная сила озаряет и охватывает все сотворенные начала, сама оставаясь недосягаемой для чуждого влияния или умаления.

• Джняна-срути (jñānasruti): истечения знания; доктринальный статус пяти божественных совершенств (владычества, силы, могущества, доблести и блеска), выступающих чистыми динамическими модусами единой светоносной основы сознания.