[51] При завершительном омовении (avabhṛthe) его подвижничества (tapasaḥ) та богиня, явленная в лотосе (padmasaṁbhavā), законная супруга Вишну (viṣṇor mahiṣī), чей лик сиял милостью (prasannavadanā), предстала [его] взору (darśanaṁ yayau).

[52] Узрев своими глазами (cakṣuṣā vīkṣya) стоящую прямо перед ним (agrataḥ saṁsthitām) богиню (devīm), высшую Матерь миров (jagatāṁ mātaraṁ parām), Шакра (śakra) исполнился величайшего изумления (vismayaṁ paramaṁ yayau).

[53] Ошеломленный [ее величием] (vihvalaḥ), сокрушитель Балы (balasūdanaḥ) склонился в поклоне (praṇipatya), и тогда, сложив ладони (prāñjaliḥ), грозный каратель Паки (pākaśāsanaḥ) восславил [священным] гимном (sūktena tuṣṭāva) Шри (śriyam), лотосную Падмини (padminīm).

[54] Узрев его, достигшего состояния единой устремленности [к Богу] (ekāntabhāvam āpannam) и утвердившегося в бескорыстной преданности (avyājāṁ bhaktim āsthitam), Матерь миров (jagatāṁ mātā) молвила такое слово (vākyam etad uvāca ha):

[55] Дитя мое, Шакра (vatsa śakra)! Я умилостивлена (prasannā asmi) твоим подвижничеством (tapasā tava), о верный благому обету (suvrata)! Избери же дар (varaṁ vṛṇu), о великий духом (mahābhāga): что желанное мне исполнить для тебя (kim iṣṭaṁ karavāṇi te)?

Когда же приспела пора завершительного омовения, увенчавшего подвиг, богиня Падмини, рожденная в лотосе законная супруга Вишну, предстала перед ним с ликом, осиянным благодатной улыбкой.

Своими очами узрев пред собою предвечную владычицу, высшую Матерь мироздания, Шакра замер в величайшем изумлении.

Ошеломленный ее величием, сокрушитель Балы пал ниц, а поднявшись, благоговейно сложил ладони; тогда грозный каратель Паки священным песнопением восславил Шри, взошедшую в лотосном сиянии.

Взглянув на царя богов, стяжавшего полноту безраздельной преданности и непоколебимо утвердившегося в бескорыстном служении, Матерь миров молвила:

Дитя мое Шакра! Я глубоко умилостивлена твоим великим подвигом, о верный священному обету! Проси же любого дара, о благородный: какое заветное желание мне исполнить для тебя?

Завершительное омовение и явление законной супруги Вишну

Явление Матери миров происходит в строго определенный, сакральный миг — в час авабхритхи (avabhṛthe). В ведийском обрядовом чине авабхритха знаменует священное купание при окончании жертвоприношения, когда участники смывают освященной водою остатки жертвенных трудов и окончательно очищаются от греховного бремени. В йогическом делании Индры это не просто смывание речной пыли: завершительное омовение в священных струях Молочного океана указывает на полное растворение тончайших семян гордыни и пристрастий, сожженных тысячью лет сурового огня тапаса.

Очистившись до прозрачности зеркала, подвижник готов к непосредственному восприятию запредельного. Богиня предстает не как отвлеченная мысль, но являет Себя взору (darśanaṁ yayau). Она раскрывается как рожденная в лотосе (padmasaṁbhavā) законная супруга Вишну (viṣṇor mahiṣī). Имя подчеркивает незапятнанную чистоту ее природы, возвышающейся над мутью сансарного бытия, а царственный титул супруги Всевышнего вновь связывает силу с ее Обладателем. Лик Владычицы сияет благоволением (prasannavadanā): это не грозное присутствие судьи, взвешивающего вину, но радостный материнский свет, предвещающий избавление от страданий.

Изумление властителя и очистительное славословие

Предстояние перед высшей Матерью миров (jagatāṁ mātaraṁ parām) повергает Шакру в глубочайший трепет (vismayaṁ paramaṁ yayau). Он — грозный царь небес, сокрушитель демонов Балы (balasūdana) и Паки (pākaśāsana), чья десница привыкла разить врагов молнией ваджры. Однако перед лицом первозданной энергии мироздания всякое земное и небесное могущество обращается в ничто. Сминая остатки воинской спеси, владыка небес оказывается смят и ошеломлен (vihvalaḥ).

Это потрясение разрешается спасительным телесным поклоном (praṇipatya) и молитвенно сомкнутыми ладонями (prāñjaliḥ). Осознав запредельную пропасть между собственной сотворенной властью и величием Шри, Индра отсекает последнюю самость. Его уста отверзаются не для дерзких требований, но для священного гимна (sūktena tuṣṭāva). Традиция свидетельствует, что под этим песнопением подразумевается древняя «Шри-сукта» — ведийский гимн лотосной Богине, соединяющий мольбу об изобилии с высшим духовным очищением. Через славословие Падмини грозный каратель демонов претворяется в смиренного и благоговейного молитвенника.

Безраздельное служение и материнский зов

Взор Матери миров обращается к Индре, распознавая в нем глубокое внутреннее преображение: царь богов достиг состояния безраздельной преданности (ekāntabhāvam āpannam) и укоренился в бескорыстном служении (avyājāṁ bhaktim āsthitam). Состояние эканта знаменует верность единому Высшему началу, когда ум искателя больше не распыляется на почитание множества преходящих духов, стихий или мирских покровителей, но собирает всю силу любви и обращает ее к единому Богу. Преданность же названа чуждой уловок и корысти (avyājā). Индра начинал свой подвиг ради укрепления царственного трона, но пройденный путь подвижничества очистил его сердце: поклонение Падмини перестало быть разменной монетой ради земной выгоды и сделалось естественной потребностью души.

Ответом на эту бескорыстную зрелость становится материнский зов. Первое же слово Богини звучит не как приказ повелительницы, но как нежное обращение к сыну: «Дитя мое Шакра!» (vatsa śakra). Это именование раскрывает самую сокровенную суть Лакшми как вселенской Матери. Сколько бы ошибок и падений ни совершила душа в водовороте сансары, перед лицом искреннего покаяния Богиня встречает ее не гневом, а родительской заботой.

Назвав его верным священному обету (suvrata) и благородным духом (mahābhāga), Владычица предлагает подвижнику избрать любой дар (varaṁ vṛṇu). Это предложение венчает долгое испытание: испытав крепость его верности, Матерь мира простирает длань благодати и призывает царя богов высказать сокровеннейшее чаяние его преображенного сердца.

• Авабхритха (avabhṛtha): священное завершительное омовение; ритуальное и йогическое очищение в священных водах, знаменующее победоносное завершение обета тапаса и освобождение сознания от тонких следов греха и эгоизма перед непосредственным богоявлением.
• Эканта-бхава (ekāntabhāva): состояние единой устремленности и безраздельной преданности; высший строй сознания последователя бхагаватов (ekāntin), при котором вся полнота веры, помыслов и упований сосредоточена исключительно на едином Всевышнем и Его нераздельной Шакти.
• Авьяджа-бхакти (avyājā bhakti): бескорыстная преданность, лишенная уловок и тайного расчета; чистое духовное служение ради Самого Господа, свободное от жажды мирской корысти, преходящих наград или небесного воздаяния.
• Ватса-шакра (vatsa śakra): материнское обращение Богини к Индре («дитя мое, Шакра»); сокровенное свидетельство материнской природы Лакшми, простирающей безусловное прощение и любовь ко всякому раскаявшемуся и предавшему себя творению.